Сотрудники нашей редакции, не понаслышке знакомые с романтикой горных троп, вновь отправились в путь — на этот раз в поисках потаенных живописных водопадов.
Парное молоко для уставших путников
Первой точкой нашего маршрута должны были стать пещеры в скале Кизинка. Однако мы долго блуждали по извилистым запыленным дорогам, тщетно пытаясь отыскать верный путь. Оказалось, что дорогу преградила разбушевавшаяся река — уровень воды заметно поднялся. Пожилой путник, повстречавшийся на тропе, подтвердил наши опасения: к вечеру поток обещал стать еще полноводнее. Посещение пещер пришлось отложить до следующего раза.
Не желая растрачивать силы впустую, свернули к Капустинскому водопаду. Тропа мягко вилась под изумрудной сенью леса, пока тишину не нарушил рокочущий гул. Преодолев пологий спуск, увидели, что путь к водопаду надежно скрыт за разбушевавшейся стихией: массивная стена воды с оглушительным грохотом обрушивалась в бездну.
Пройдя чуть в сторону, под тенью раскидистых деревьев устроили привал. В воздухе витал терпкий аромат свежезаваренного кофе (варили в турке на походной газовой горелке), смешавшийся с запахом горячего травяного чая. Под безмятежное пение птиц приступили к трапезе, разложив нехитрую снедь (яйца, хлеб и колбасу).
Плотно отобедав, решили вернуться к исходной точке нашего маршрута и взять курс на поселок Никитино. С каждым шагом мы проникались особенностями местного колорита. Так, у дороги бабушки торговали парным молоком, предлагая путникам десяток-другой домашних яиц и пышные, ароматные пучки укропа. Сельчане с нескрываемым любопытством выглядывали из-за дощатых заборов, а через мост, неспешно и важно, пастух гнал стадо рыжих коров.
Вода обжигает ноги
Добрались до места. Сразу возникло чувство, что время здесь словно замедлило свой бег: покосившиеся заборы, флюгеры с петушками на крышах и узкие, едва приметные тропинки. На ветке могучего дерева замерли качели на ржавой, жалобно скрипящей цепи. Цветущие палисадники и уютные домики казались крошечными на фоне исполинских гор, укрытых густым лесистым ковром, за которым в дымке виднелись суровые обнаженные скалы. Остановившись у самого края склона, где сиротливо стояли стол и скамья, мы невольно размечтались о том, как чудесно было бы сидеть здесь, согреваясь ромашковым чаем со сдобными булочками.
Вновь заплутав в лабиринте улочек, обратились за помощью к местной жительнице, и та любезно указала дорогу к лесу. Извилистая тропа, вдоль которой весело журчал холодный ручей, вела нас все глубже в чащу. Среди зарослей папоротника и вековых деревьев показался Малый Никитинский водопад, его прозрачные струи едва слышно скользили по оголенным камням…
Но впереди нас ждало истинное величие — Большой Никитинский водопад. Поток невероятной силы с оглушительным грохотом разбивался о скалы, рассыпаясь искрящимися брызгами. Мы не удержались и подошли к самой воде. Ледяная купель обжигала ноги, мгновенно стирая усталость долгого пути.
Простой маршрут
После встречи с водопадом мы приютились на стволе старого поваленного дерева, чья кора давно скрылась под бархатистым ковром мха. Допивая последние капли остывающего чая, замерли в тишине, вслушиваясь в звуки горного ручья. Наш маршрут был простым, подвластным каждому, и тем удивительнее было не встретить на пути ни души.
Но внезапно первые тяжелые капли дождя застучали по листве, поторапливая нас в обратный путь. Возвращаясь, набрели на приземистое здание сельского магазина. На крыльце, укрывшись от непогоды, неторопливо вели беседу местные жители, а мимо них с задорным смехом проносилась босоногая детвора, совершенно не замечая срывающегося дождя. В соседней беседке шумно и оживленно спорила компания.
В этом безыскусном сельском быту, в терпких запахах мокрой земли, хвои и свежего хлеба скрывалась удивительная подлинность жизни — та самая искренность, которую тщетно пытаешься отыскать в шумном мегаполисе.